15.10.2026
– Тамар, освободи, пожалуйста, большую комнату. Мы поставим там раскладушки для детей, а твои ткани пока можно убрать на веранду.
Тамара остановилась на пороге своей рабочей комнаты. На длинном столе лежали выкройки, образцы ткани и почти готовые шторы для заказчицы. Рядом уже стояли два чемодана, рюкзак и коробка с детскими вещами.
– Алла, вы приехали на двенадцать дней. В гостевой есть диван и кресло-кровать, а для Миши я приготовила раскладушку. Рабочую комнату занимать нельзя.
– Какие двенадцать дней? – Невестка удивлённо подняла брови. – Мы до конца августа останемся. Игорь разве тебе не сказал?
Брат вышел из кухни с банкой огурцов в руках. Он отвёл глаза и принялся рассматривать этикетку.
– Я говорил, что ремонт может затянуться. Там трубы, плитка, потом полы придётся приводить в порядок. Сама понимаешь, быстро такое не делается.
– Ты сказал, что в ванной меняют трубы и горячей воды не будет почти две недели. Про всё лето разговора не было.
Тамара оглянулась на вещи в коридоре. Кроме чемоданов, родственники привезли складной мангал, удочки, надувную лодку, два пляжных зонта и клетку с попугаем. Для короткого ремонта набор получался странный.
– Мы не хотели заранее тебя напрягать, – объяснила Алла. – У тебя дом просторный, участок хороший, речка рядом. Детям здесь полезнее, чем в городе.
– Мне было бы полезнее заранее знать, сколько времени гости собираются жить в моём доме.
– Вот ты сразу начинаешь, – обиделся Игорь. – Мы только приехали, ещё чай не успели выпить.
Тамара вынесла чемоданы из рабочей комнаты и поставила их возле гостевой. Алла поджала губы, но спорить при детях не стала.
Дом действительно был просторным, только свободным его назвать было нельзя. Одну комнату занимала сама Тамара, во второй она шила на заказ шторы и покрывала, а третью держала для гостей. На веранде стоял большой стол, в кухне помещались пятеро, если никто в это время не пытался открыть холодильник. Для семейных выходных места хватало. Для пятерых жильцов на всё лето – уже нет.
В первый вечер Тамара постаралась не портить встречу. Поставила на стол тушёную картошку, достала соленья, открыла банку вишнёвого компота. Настя помогла нарезать хлеб, а девятилетний Миша бегал между кухней и двором, показывая всем найденных жуков.
Алла ела с аппетитом и рассказывала, как устала от городского шума.
– Здесь совсем другая жизнь. Утром можно купаться, днём загорать, вечером жарить мясо. Я уже девочкам сказала, чтобы приезжали к нам на выходные.
Тамара положила вилку на край тарелки.
– Каким девочкам и куда именно приезжать?
– Моим подругам. Они давно хотели выбраться за город. Одна приедет с мужем, другая с дочкой. Все люди аккуратные, тебе хлопот не доставят.
– В моём доме никто не будет собирать гостей без моего согласия.
Алла посмотрела на мужа, ожидая поддержки. Игорь покашлял и занялся компотом.
– Мы же не завтра их зовём, – сказала невестка. – Потом обсудим, когда ты будешь в хорошем настроении.
Тамара поднялась и начала убирать посуду. Хорошее настроение у неё закончилось примерно тогда, когда она увидела четыре чемодана.
Утром её разбудил грохот на веранде. Игорь искал шампуры, Миша таскал из сарая старые доски, а Алла переставляла мебель, освобождая место для шезлонга. Попугай кричал в коридоре, потому что клетку поставили рядом с зеркалом.
Тамара заварила чай и ушла в рабочую комнату. К полудню ей нужно было закончить комплект штор для детской. Заказчица ждала его перед семейным праздником и уже дважды уточняла срок.
Через двадцать минут в дверь заглянула Алла.
– Тамар, ты скоро завтрак приготовишь? Миша уже проголодался, а Игорь без горячего утром не может.
– В холодильнике есть яйца, сыр и творог. Кастрюли и сковорода стоят в нижнем шкафу.
Невестка задержалась на пороге.
– Я думала, ты сырники сделаешь. У тебя они всегда хорошо получаются.
– Мне нужно работать. Приготовь сама, если вам хочется сырников.
– Вот интересно получается. Мы здесь отдыхаем, а ты хозяйка. Неужели трудно родных завтраком накормить?
Тамара сняла очки и положила их рядом с ножницами.
– Мне не трудно приготовить завтрак. Мне трудно понять, почему вы назначили себя отдыхающими, а меня – человеком, который обязан вас обслуживать.
– Никто тебя прислугой не называл. Просто у каждого дома свои обязанности.
– Именно. У меня дома мои обязанности, а у вас здесь будут свои.
Алла вышла, громко прикрыв дверь. Вскоре на кухне застучала посуда, потом невестка несколько раз позвала Тамару спросить, где лежат мука, масло и тёрка. Сырники всё-таки появились, но вместе с ними в раковине осталась гора тарелок, на плите засохло тесто, а пол возле стола оказался посыпан мукой.
После завтрака Игорь с сыном отправились к реке. Алла легла под яблоней с журналом, Настя устроилась на качелях. Посуда так и осталась в раковине.
Тамара не стала её мыть. Она достала из ящика лист бумаги, переписала рейсы до районного центра и станции, а рядом составила список домашних дел. Покупка продуктов, приготовление еды, посуда, мусор и уборка распределялись между взрослыми. Насте достался полив грядок, Мише – сбор игрушек и мокрых полотенец.
Оба листа Тамара положила на кухонный стол.
Первой их заметила Настя.
– Тётя, автобус до станции и правда ходит всего четыре раза? Я думала, здесь рейсов больше.
– Четырёх вполне достаточно, если собираться заранее.
Алла подошла к столу и пробежала глазами список.
– Это ещё что за школьное расписание?
– Первый лист поможет вам уехать, если мои условия не подходят. Второй нужен тем, кто решит остаться на оговорённые двенадцать дней.
Игорь вернулся с пустым садком, прочитал оба листа и попытался улыбнуться.
– Из-за немытой посуды сразу к автобусу отправляешь? Ты всегда любила порядок, но сейчас явно переборщила.
– Дело не в трёх тарелках. Вы приехали на всё лето без предупреждения, заняли дом и решили, что я буду вас кормить. Теперь выбирайте: либо мы делим домашние дела, либо вы ищете другое место.
Алла скрестила руки на груди.
– А детям ты тоже предложишь с чемоданами по автобусам ездить?
– Детям ничего искать не придётся. У них есть родители, которые должны были договориться со мной до приезда.
Настя опустила глаза. Игорь недовольно вздохнул, но спорить не продолжил. Он вымыл посуду, а потом отправился за продуктами. Вернулся с сосисками, сладкими напитками, печеньем и двумя пакетами угля. Алла приготовила суп и весь вечер разговаривала только с детьми.
Наутро кухня оказалась чистой, Миша убрал обувь с прохода, а Настя вынесла клетку с попугаем на веранду. Игорь даже починил расшатавшуюся ступеньку.
Тамара решила, что хотя бы временный порядок установился. Однако Алла не отказалась от мысли превратить чужой дом в бесплатную дачу. Она просто стала действовать осторожнее.
После обеда позвонила мама.
– Ты зачем людей автобусами пугаешь? – спросила она вместо приветствия. – Алла говорит, что ты установила такие правила, будто они снимают у тебя жильё.
– Они приехали на всё лето, хотя Игорь просился на двенадцать дней. Это немного разные вещи.
– Ну и что теперь? Лето длинное, места у тебя хватает. Брат не каждый день просит о помощи.
– Если ему нужна помощь, пусть скажет об этом прямо. Пока я слышу только рассуждения про отдых и сырники.
Мама предложила Тамаре быть мягче ради детей. Та ответила, что детей никто не обижает, и закончила разговор. Через час Алла ходила по дому с довольным видом, будто получила официальное разрешение остаться.
Затем началось хозяйственное наступление. Игорь принёс большой надувной бассейн и принялся освобождать для него площадку возле веранды. Там росли три куста смородины, которые он собирался пересадить к забору.
– Кусты не трогай, – остановила его Тамара. – Я не разрешала ставить бассейн.
– Миша давно просит. Он небольшой, воды уйдёт совсем немного.
– В него входит почти три тысячи литров. Потом эту воду придётся куда-то сливать, а возле веранды земля и без того проседает.
Игорь опёрся на лопату.
– Ты за каждый гвоздь переживаешь. Мы же не дом ломаем, детям хотим сделать приятное.
– Сделайте приятное за свой счёт и там, где вы вправе распоряжаться. Здесь останется смородина.
Брат положил лопату на траву и ушёл к реке. Алла до вечера объясняла сыну, что бассейн не поставили из-за тётиных запретов. Миша надулся, но Настя отвела его кататься на велосипеде, и вскоре он уже забыл об обиде.
Тамара запомнила другое. Игорь с Аллой не собирались просить разрешения. Они сообщали о решениях, а любое возражение называли черствостью.
К середине недели выяснилось, что на июль родственники запланировали ещё и день рождения Игоря. Алла составляла список приглашённых на веранде и не заметила, как Тамара вернулась из мастерской с новым заказом.
– Человек пятнадцать получится, если без детей, – говорила невестка по телефону. – Места полно, накроем на улице. Если пойдёт дождь, все поместятся в доме.
Тамара положила рулон ткани на стул и дождалась, когда разговор закончится.
– Праздника на пятнадцать человек здесь не будет.
Алла убрала телефон в карман.
– У Игоря юбилей. Ты предлагаешь ему вообще не отмечать?
– Пусть отмечает в кафе, в парке или у себя дома после ремонта. Мой участок в список бесплатных площадок не входит.
– Мы уже пригласили людей. Некоторые собираются ехать из другого города.
– Значит, сегодня же предупредите их, что место изменилось.
Игорь, услышав спор, вышел из сарая. На этот раз он не отвёл глаза.
– Тамар, мне пятьдесят лет исполняется. Я не прошу дорогого подарка, просто хочу собрать близких. Неужели родному брату откажешь?
Эта просьба задела сильнее, чем претензии Аллы. Тамара понимала, что брату хочется праздника, и даже была готова помочь с едой. Но пятнадцать гостей означали занятую кухню, сорванные заказы и два дня уборки.
– Я могу оплатить тебе беседку в кафе возле станции. Вы сами выберете еду, а я помогу договориться. В моём доме такого застолья не будет.
– Деньги у нас есть, – вмешалась Алла. – Нам нужна хорошая площадка, а не кафе возле станции.
– Тогда снимите хорошую площадку за свои деньги.
Игорь промолчал. Алла развернулась и ушла в дом.
Вечером Настя помогала Тамаре складывать ткань. Девушка долго возилась с одной и той же коробкой, потом понизила голос:
– Тётя, ты сильно рассердишься, если узнаешь, что ремонта у нас пока нет?
Тамара перестала сворачивать ленту.
– Объясни, пожалуйста, что значит «пока нет».
– Мама хотела делать ванную осенью. Сейчас в квартире живут другие люди. Они заплатили за июнь, июль и август.
– Папа об этом знает?
– Конечно. Он сначала не хотел, но у мамы в салоне дела плохо пошли. Остался долг за оборудование. Мама сказала, что мы поживём у тебя бесплатно, а деньги от квартиры отдадим за долги.
Настя произнесла всё быстро и уставилась в пол.
– Только не говори, что это я рассказала. Они думают, что я ничего не понимаю.
– Я не стану тебя выдавать. Спасибо, что сказала правду.
Тамара уложила ткань в коробку, хотя пальцы плохо слушались. Теперь становилось понятно, почему брат не называл мастера, почему Алла избегала разговоров о сроках и зачем они привезли столько летних вещей.
Тамара не осуждала их за желание выбраться из долгов. У каждого могла случиться трудная полоса. Но Игорь с женой решили поправить своё положение за её счёт и даже не посчитали нужным предупредить.
Вскоре знакомая Тамары, искавшая квартиру для дочери, прислала ей объявление. На фотографиях были кухня Аллы, зелёные занавески и знакомый стол возле окна. В объявлении указывалось, что квартира сдаётся до конца августа. В стоимость входили мебель, посуда и коммунальные расходы.
Тамара сохранила объявление и распечатала его вместе с фотографиями. Вечером она пригласила маму. Не для поддержки, а потому, что именно ей Алла жаловалась на жестокую хозяйку.
За столом собрались все взрослые. Настя ушла с Мишей к реке, сославшись на обещанную прогулку. Попугай возился в клетке, из кухни пахло пирогом, который привезла мама.
– Я надеюсь, вы наконец помиритесь, – начала она. – Нельзя всё лето жить в ссоре из-за посуды и бассейна.
– Мы не будем жить здесь всё лето, – сказала Тамара. – И дело совсем не в посуде.
Она положила перед братом распечатанное объявление.
Игорь побледнел. Алла посмотрела на фотографии, потом на Тамару.
– Это старое объявление. Мы раньше собирались сдавать квартиру, но потом передумали.
– Здесь указаны нынешние сроки. Моя знакомая получила ответ, что жильё уже занято до сентября.
Мама придвинула лист к себе.
– Так у вас никакого ремонта нет?
– Мы собираемся его сделать, – произнесла Алла. – Просто планы немного изменились.
– Ты сказала мне, что рабочие сняли плитку и разобрали ванную. Я ещё предлагала знакомого мастера.
Игорь провёл ладонью по лицу.
– Хватит изворачиваться. Мы сдали квартиру. Нам нужны деньги, потому что у нас долги.
Алла повернулась к мужу.
– Зачем ты всё выкладываешь? Можно было договориться без этого семейного суда.
– Договариваться нужно было до того, как вы приехали, – ответила Тамара. – Вы попросились на двенадцать дней, а сами решили жить здесь до сентября.
– Что нам теперь делать? – Голос Аллы дрогнул. – Выгнать жильцов? Вернуть деньги, которых почти не осталось? Я закрыла салон, оборудование продала дешевле, чем покупала. Нам надо выбраться из долгов, а не тратить ещё больше.
В её словах впервые прозвучала растерянность. Тамаре стало жаль невестку, но решение она уже приняла.
– Если бы вы честно рассказали о долгах, я разрешила бы вам пожить две недели и помогла найти недорогой дом. Но вы выбрали обман. Заодно назначили меня поваром, пригласили гостей и затеяли перестановки на участке.
– Мы всё-таки родня, – возразила Алла. – Неужели у тебя надо спрашивать разрешение на каждый шаг?
– На каждый не надо. На проживание до сентября, бассейн вместо моих кустов и праздник для пятнадцати человек – обязательно.
Мама сняла очки и положила их на стол.
– Я поддерживала вас, потому что поверила в историю с ремонтом. Получается, Тамара должна была бесплатно содержать вас, пока вы получаете плату за квартиру?
– Никто не собирался жить за её счёт, – сказал Игорь. – Я привозил продукты и ступеньку починил.
– За неделю ты один раз купил продукты, – напомнила Тамара. – А ремонт ступеньки обошёлся дешевле, чем еда на вашу семью за два дня.
Брат опустил голову. Алла сжала пальцы на краю стола.
– Значит, ты всё-таки выставляешь нас с детьми?
– Я даю вам время до воскресенья. В районном центре сдаются две небольшие квартиры и половина дома. Я записала телефоны хозяев. Денег за жильё не дам, потому что у вас есть плата от жильцов, но помогу перевезти вещи.
– Ты понимаешь, что тогда от нашего дохода почти ничего не останется?
– Понимаю. Зато вы будете оплачивать собственное решение, а не перекладывать его на меня.
Игорь взял листок с телефонами. Алла отвернулась к окну. Мама налила себе чай, но к пирогу никто не притронулся.
По первому номеру Игорю ответили, что квартира уже занята. По второму предложили половину дома с отдельным входом, кухней и двумя комнатами. Плата была ниже той, которую Игорь с Аллой получали за свою квартиру, хотя откладывать на долги теперь удавалось совсем немного.
Осмотрев жильё, брат вернулся с ключами.
– Хозяева разрешили въехать в воскресенье. До станции далеко, зато автобусная остановка рядом.
– Расписание возьми со стола, там отмечены все рейсы, – предложила Тамара.
Алла не разговаривала с ней до самого переезда. Она собирала вещи, сворачивала зонты и укладывала привезённую с собой посуду. Настя вымыла гостевую комнату, а Миша подошёл к тёте с печальным видом.
– Ты нас больше не любишь, потому что мы много ели?
Тамара присела рядом с ним.
– Тебя никто не выгоняет из-за еды. Взрослые не договорились, где и сколько будут жить. Теперь мама с папой нашли дом, в котором вы сможете отдыхать по своим правилам.
– А к тебе можно будет приезжать купаться?
– Можно, если сначала позвоните и спросите, удобно ли мне принимать гостей.
Миша подумал и кивнул. Такое условие показалось ему понятным.
В воскресенье Тамара перевезла клетку, чемоданы и складные кресла за два рейса. Новый дом был стареньким, но чистым. В комнатах стояли кровати, во дворе имелась площадка для бассейна, а хозяева разрешили пользоваться мангалом.
Алла вошла в кухню и осмотрела пустые шкафы.
– Теперь придётся покупать кастрюлю и сковороду.
– Могу отдать одну свою сковороду, если вернёшь в конце лета.
– Спасибо, но у нас осталась посуда в квартире. Попросим жильцов передать то, чем они не пользуются.
Это были первые слова, которые невестка произнесла без упрёка.
Тамара помогла застелить кровать Мише, оставила пакет с продуктами и уехала. Дома она первым делом вернула рабочий стол на прежнее место, потом сняла с холодильника список дежурств. Расписание автобусов убирать не стала: оно и самой было нужно.
Заказ со шторами она закончила позже обещанного срока. Пришлось сделать скидку, и часть заработка пропала. Это злило, но ещё сильнее Тамару огорчало молчание брата. Раньше они разговаривали через день, а теперь он не звонил почти две недели.
Первой приехала Настя. Она сошла с дневного автобуса с рюкзаком и пакетом черешни.
– Папа передал тебе деньги за продукты. Мама была против, но он настоял.
– Я не выставляла вам счёт.
– Он всё равно попросил отдать. Ему стыдно, что так получилось.
Настя помогла прополоть смородину, а перед отъездом спросила, можно ли приехать ещё. Тамара разрешила, но предупредила, что ночевать пока негде: гостевую комнату она заняла тканями.
Игорь появился перед своим юбилеем. Привёз доску для крыльца и долго примерял её к старой ступеньке.
– Я не ради ремонта приехал. Хотел извиниться. Алла боялась признаться, что салон пришлось закрыть, а я согласился на её план. Думал, поживём у тебя, никому хуже не станет.
– Хуже стало мне. Вы распорядились моим летом, работой и домом.
– Теперь понимаю. Праздник будем отмечать в беседке возле нашего жилья. Хозяева разрешили пригласить десять человек. Если придёшь, буду рад.
Тамара согласилась. Подарила брату набор инструментов и уехала последним автобусом, не оставаясь ночевать. Алла за весь вечер почти к ней не подходила, но перед отъездом вручила контейнер с пирогом.
– Спасибо, что приехала. Я тогда наговорила лишнего.
– Лишние слова можно забыть. Обман забыть труднее.
– Я понимаю. Больше проситься на всё лето не станем.
– На несколько дней тоже лучше сначала спросить.
Алла кивнула и больше не спорила.
В августе они приехали всей семьёй на один день. Игорь привёз мясо и уголь, Алла – салат и овощи, дети сами собрали полотенца после речки. Никто не трогал смородину, не переставлял мебель и не спрашивал, когда хозяйка подаст обед.
В половине седьмого Алла посмотрела на часы и начала складывать вещи.
– Нам пора выходить. Последний автобус в девятнадцать десять, а до остановки ещё идти.
– Можете остаться до утра, – предложила Тамара. – Только завтрак каждый готовит себе сам.
Алла застегнула сумку и улыбнулась:
– Спасибо, но мы лучше уедем вовремя. Расписание теперь уважаем и хозяйке свои обязанности больше не назначаем.
После обмана с ремонтом Тамара должна была всё-таки оставить родных до сентября или расписание автобусов заслуженно появилось на столе уже на второй день?
Понравился рассказ? Подписывайтесь на наш канал и заходите в гости!